Парижское кружево на украинские раны

Сегодня в Украине начинает теплеть. Приятно в октябре понежиться под августовским солнышком. Политического тепла захотели и лидеры ведущих стран ЕС. Климатическо-политический эксперимент завершился с частичным успехом. Могло быть хуже.

Отметим, что эта тяга возникла после ГенАссамблеи ООН, а тема Сирии в ходе парижских переговоров звучала чуть ли не наравне с украинской. Следовательно, можно предположить, что интересы США также были четко обрисованы. И сирийский конфликт стал аргументом в полилоге с РФ. Причем аргументом настолько серьезным, что, вопреки обыкновению, официальный сайт президента России не выложил в оперативном режиме четкую информацию об итогах переговоров. Встретились, поговорили, — и точка. Правда, Дмитрий Песков восполнил молчание своего шефа, обратив внимание на вопрос выборов в «ДНР» и «ЛНР». Также г-н Песков дал понять, что вопрос Савченко отложен.

Мы можем сделать вывод, что Владимир Путин остался недоволен переговорами. Не было особой радости и у нашего президента Петра Порошенко. Оба лидера не пожелали даже выйти на брифинг по итогам. Правда, официальный сайт украинского президента быстро выложил расширенную информацию по выступлению Петра Порошенко. И за это спасибо.

В результате, с прессой общались Ангела Меркель и Франсуа Олланд. Что можно почерпнуть из разрозненных сообщений?

У меня сложилось впечатление, что главным, ради чего затевалась встреча, было «свести» Порошенко и Путина официально, чтобы в дальнейшем они сами, без активного участия ЕС, решали свои проблемы. И поэтому важны не сами договоренности, а факт такой встречи двух президентов, в принципе. Можно подумать, что как раз Европе невыгодно и неинтересно терять посреднические позиции в украинском вопросе. Но не стоит забывать, что, становясь посредником, субъект процесса берет на себя ответственность за его исход. США это четко усвоили и сформулировали свою позицию так, что они за мир во всем мире и в Украине в частности, но конкретно, реально в качестве посредников участвовать в урегулировании особого желания не испытывают. По крайней мере, напрямую. (Возможно, именно поэтому Петр Порошенко настаивает на расширении участия миссий ОБСЕ). Евросоюз также охладевает к конфликту, в котором может оказаться и пострадавшей стороной, если учесть скандалы с мигрантами (которые, не исключено, являются прямыми или косвенными следствиями российских интриг). В то же время, полностью выходить из процесса урегулирования также опасно выходом ситуации из-под контроля. В Париже были оглашены условия баланса интересов, баланса шаткого, но все же такого, который предпочтительнее войны. Эти условия Россию не устроили, но пришлось в принципе согласиться, чтобы затем оговаривать детали. Мы видим попытки перетолковать позиции и по Савченко и украинским пленным, и по ключевому моменту – выборам в «ДНР» и «ДНР».

Украинская сторона получает шаткий мир в виде отвода вооружений. В пользу того, что такой мир иллюзорен, свидетельствует не урегулированная процедура отвода вооружения. Конечно, ее согласуют. Но де факто может быть вот что: на проблемных территориях будут действовать неидентифицированные диверсионные группы (допустим, с подачи РФ)Ю, а украинская территория останется оголенной и беззащитной, так как Порошенко будет вынужден неукоснительно (подчеркиваю – неукоснительно!) соблюдать условия договора.

Это довольно опасная позиция для Украины. И здесь можно лишь приветствовать усилия украинского президента по вовлечению ОБСЕ. «Зонтик» ОБСЕ, безусловно, должен быть.

Особенно с учетом «козырного интереса» Франсуа Олланда насчет особого статуса Донбасса. Его заявление в этой связи глухо перекликается с намеками российской стороны о необходимости увязать выборы в самопровозглашенных республиках с общеукраинскими реформами. При этом РФ берет на себя посредничество с «ДНР» и «ЛНР» в этом вопросе. Иными словами, Россия сохранила контроль за ситуацией в этих регионах, но внешне, формально, сократит свое присутствие там до посредничества. А под ширмой посредника можно сделать многое. И это Кремль, на данном этапе и с оглядкой на Сирию, вполне устраивает.

Но для Украины момент крайне опасный. Чего добивались руководители фейковых республик? Легитимности, легитимного статуса. Проведя выборы, пусть и по украинскому законодательству, они таковой получат. У Петра Порошенко было крошечное пространство для маневра, если, допустим, отложить выборы в «ДНР» и «ЛНР» до весны, тем временем, выиграть местные выборы и объявить досрочные парламентские, взяв большинство в Верховной Раде, исход выборов в фейковых республиках не суть важен. Влияния БПП хватит, чтобы и там очертить интересы украинской власти. Предвидя это, российская сторона хочет гарантий и настаивает на «реформах», а французская высказывается конкретнее – о поправках в Конституцию. Петр Порошенко вынужден будет принять все, что предложат, с частичными оговорками. Во всяком случае, удалось договориться о переносе выборов в «ДНР» и «ЛНР», и они не совпадут с нашими местными.

В целом, несколько дней мира в зоне АТО стали слишком ценным «пряником», чтобы не ценить новости об отсутствии погибших. И понятно стремление украинского президента обеспечить мир любой ценой. (В том числе, и для того, чтобы БПП победить на местных выборах).

Но теперь Петр Порошенко должен сдать очередной экзамен на прочность. Все проекты, которые будут наработаны под парижские договоренности (которые Ангела Меркель эмоционально сравнила с минскими), необходимо протащить через парламент. Не думаю, что РПЛ «Самопомощь» или «Батькивщина» откажут себе в удовольствии всласть поторговаться за свои голоса под этими документами. Да и «Нарфронт» наверняка вклинится в дискуссию. Ресурса, кроме Оппозиционного блока, у БПП в парламенте, по факту, нет. Возможно, парижский пакет будет принят, но ценой роспуска парламента. В принципе, комбинация громоздкая, но выполнимая, если вывести в скобки, что сам факт выборов будет негативно воспринят не только электоратом, но и внешними кредиторами. Исход схватки за ВР также сложно предсказуем, даже если БПП выиграет местные выборы.

Как мне кажется, самое удручающее в парижских переговорах – обсуждение особого статуса Донбасса. Потихоньку-полегоньку Донбасс становится отдельным субъектом, а не оккупированной территорией. Потому что, если это оккупированная территория, то Германия и Франция должны были бы обсуждать не выборы, а поведение РФ или требовать расследования, чьи боевики там «правят бал». Ситуация угрожающа даже не потому, что никто жестко не встал на защиту Украины (хотя обещали, когда уламывали Украину уничтожить ядерное вооружение), а по факту формирования опасного прецедента. И ведь проходили урок в 30-х годах прошлого столетия. Ну, что же, опять попытки стыдливо прикрыть рану кружавчиками. Какое-то время будет красиво. Потом неизбежно начнет кровить.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *