Тарифы как укротители среднего класса

Средний классРаздумывая над логикой роста тарифов, пришла к печальному выводу, что логики здесь мало, да и то бухгалтерская. Повышение тарифов – это философия. Проблема в том, что это рабская философия. И вот почему.

Пытаясь так и эдак понять истинные причины тарифной пляски, которая терзает большинство граждан Украины который год, лювлю себя на сомнениях, что дело исключительно в обогащении и перераспределении потоков. Мы переживаем волновые повышения тарифов, независимо от правящей коалиции, премьера, парламента и состава правительства. Независимо даже от условно господствующей идеологии. Если бы все дело было в соответствии среднерыночным мировым ценам на энергоносители, у нас были бы и периоды снижения или хотя бы стабилизации. Вместо этого, каждое новое правительство берет кредиты и каждый новый премьер считает своим долгом гарантировать кредиторам возвращение их средств именно ростом тарифов. Да, действительно, рост тарифов гарантирует регулярность и предсказуемость поступлений, не говоря уже о масштабе. Но дело в другом.

И «революция на граните», и первый и второй Майданы стали возможны только благодаря среднему классу. В 90-х годах средний класс как класс еще не структурировался, и носителями философии среднего класса стали студенты – люди предприимчивые, свободные, что очень важно, от зависимости от государства. В 2004-2005 годах был не слишком мощный, но осознающий свои силу, возможности и перспективы средний класс. Достигнув «потолка» своего развития, средний класс возмутился тем, что партноменклатура и крупный капитал по умолчанию не допускали заметного роста МСБ, что позволяло использовать предпринимателей по своему усмотрению и в своих нуждах.  В 2013 году остатки малого и среднего бизнеса восстали против уничтожения, по сути, они боролись за выживание. И – проиграли.

Показателем поражения стали не столько объемы сворачивания бизнеса, сколько тарифы на ЖК-услуги. Потому что, наши предприниматели умудряются жить и иногда процветать там, где западные не усматривают никаких возможностей, и даже посягают на развитие. Ни налогами, ни регуляторными мерами средний класс не усмирить, если мы говорим о среднем классе как о людях, по миниуму зависимых от государства. Они не только, повторюсь, умудряются выжить, но и осмеливаются высказывать свое мнение. Более того, структурируются в организации, входят в местную власть, выдвигают требования центральной власти. Именно под нажимом Налогового майдана спасовало правительство Азарова и президент Янукович. Но, заметим, тогда Наголовый майдан не был достаточно мощно поддержан оппозицией, хотя тема перспективная, животрепещущая. Почему?

Ответ прост: никакой политической силе в Украине, если она при власти, не выгодно существование среднего класса как такового. Условно говоря, все население Украины можно поделить на три класса: те, кто полностью зависит от государства (дети, пенсионеры, частично студенты, малоимущие, «бюджетники», все чиновники, ), те, кто мало зависит от государства (средний класс), те, от кого зависит государство (олигархи). С 2004 года в Украине дважды побеждали политические силы, декларировавшие приверженность основным идеям философии средрего класса: честные правила игры, независимая судебная власть, дерегуляция бизнеса. И практически ни президентство Ющенко, ни президентство Порошенко не дали среднему классу обещанного. Да, были поверхностные реформы, имитация преобразований. Но средний класс не получил главного – честных и равных правил игры. Опять же, почему?
Вернемся назад. В СССР была плановая экономика, формально госкапитализм. Если бы не было перестройки, экономическую формацию все равно пришлось бы менять,не случайно Владимир Ленин вернулся к НЭПу. Михаил Горбачев был представителем коммунистов-реформаторов, но – реформаторов, считающих, что несколько лет НЭПа позволят амортизировать переход на рыночные рельсы – или накопить достаточно средств для возвращения в госкапитализм. С распадом СССР в независимой Украине средний класс, МСБ должны были сыграть ту же роль амортизатора, экономика обрела бы черты рыночной и в игру вступил бы и крупный капитал (приватизация). Тогда переход к рыночной экономике был бы мягким и, скорее всего, полезным для государства в целом. Но проблема в том, что государство было молодым, не могло контролировать крупные предприятия,даже управлять ими толком, и начало с приватизации предприятий. Именно поэтому сразу и экономическую, и политическую погоду в Украине начал делать крупный капитал. И когда сейчас говорят об отделении бизнеса от власти, и смешно, и грустно: операции по разделению сиамских близнецов до сих пор рискованны и уникальны.

Смычка крупного капитала и власти устойчива, но для окончательной фиксации треугольник лучше прямой. В ролиь третьего, для амортизации трений между этими двумя, может выступать как средний класс, так и зависимые от государства. Теоретически, со средним классом смыкается крупный капитал, с малоимущими – государство. Но! У нас интересы МСБ и крупного бизнеса, в силу особенностей эволюции, разнонаправленны, в то время как малоимущих-зависимых и государства, а также государства и крупного бизнеса, совпадают. Средний класс как осознающий свою ответственность, прибыльный, динамичный и, главное, малозависимый от государства (и от крупного капитала), мешает. Если судить по делам, и государство, и крупный капитал рассматривают средний класс как дойную корову для налоговых поступлений, которую нужно удерживать в покорности и время от времени подпиливать рога, чтобы не бодалась.

Идеальный инструмент для этого – тарифы. Их устанавливает и регулирует государство, они распространяются на всех, так что, средний класс не может обвинить власть в предвзятости. Самое главное – тарифы выше платежеспособности большинства граждан, а сейчас и большинства МСБ не просто вымывают оборотные средства, существенно тормозя рост бизнеса. Высокие тарифы, выше возможности их оплатить без жесткой экономии на всем прочем, формируют рабскую психологию у среднего класса. На уровне Киева классический пример такого психологического воздействия – боьба с МАФами. Схема такова: сначала негативизация малых предпринимателей (все воры, барыги, дающие взятки) при том, что условия для «левых» схем создают не они, а именно власть, затем, под прикрытием «навести порядок» зачистка непокорных, и после – послушный МСБ, зависимый от власти и, естественно, полностью подчиненный власти. Ни о каких правах и речи не идет, как и о независимости. На уровне всей Украины воспитательной дубинкой-«демократкой» становятся тарифы. Средний класс становится в разы зависимее от государства, следовательно, и от крупного капитала. Попутно «вкручивается» тезис о том,что после каждого Майдана становится материально хуже, так как, после каждой революции растут тарифы и цены. Хотя и не обязательно революция ведет к экономическому кризису или ухудшению экономической ситуации (что и было явлено в 2005-2007 годах), вспышки независимости с завидным упрямством гасятся тарифами и ценами.Помимо этого, побочным методом воспитания покорности у среднего класса являются и «варяги»: плохо разбирающиеся в ситуации реформаторы неизбежно терпят крах, что сказывается и на восприятии украинских предпринимателей за рубежом, косвенно ухудшая перспективу для тех, кто решил перебраться за кордон.

Отметим в скобках, что власть и крупный капитал полагают, увеличение в разы количества зависимых гарантирует покорность. Отчасти так, но есть предел даже рабской покорности. Этот предел сейчас, путем проб и ошибок, и нащупывает власть.

Сложно сказать, требует МВФ высокие тарифы или нет. Это и не важно. Важно другое: власть с поразительной готовностью хватается за эту меру. Ведь что означает повышение тарифов? Правильно, увеличение количества зависимых от государства. Не случайно основной упор правительство делает на субсидии с их унизительной процедурой получения. При этом, увеличение субсидируемых в геометрической прогрессии даже вроде бы радует власть. По одной простой причине: подачки от государства держат рабов в покорности, в отличие от простых и прозрачных правил ведения бизнеса, когда людям дается альтернатива заработать самим или кормиться подачками.

Излишне говорить, что жесткое формирование и культивирование рабской психологии перечеркивает любые европейские перспективы. Но Украина уникальна тем, что средний класс как философия в ней может скукожиться, однако не исчезает. Никогда. Потому что никогда Украина не была, не есть и не будет рабской. Украина — не Россия. Пора бы усвоить.

Лилия Брудницкая, ЗамПолит

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *