Битва сериалов: «Твин Пикс» против «Игры престолов»

Август 2017 года, два самых ожидаемых сериала – «Твин Пикс-3» и «Игра престолов-7» продвигаются к середине. Несмотря на то, что оба сериала – категорически в разных жанрах, сравнивать их не только можно, но необходимо, поскольку они не только собирают во многом общую аудиторию, но и являют собой любопытный пример сложных отношений сознания с подсознанием.

Кошелек или жизнь

Оба проекта в 2017 году стартовали при неравных условиях. Для Дэвида Линча третий сезон «Твин Пикса» стал экспериментом, от которого никто не ожидал сенсаций при гарантированном кассовом минимуме. Для команды «Игры престолов» седьмой сезон сериала является подтверждением права на жизнь: будет удачным – продлят, нет – проект закроют (как то было с «Борджиа», «Демонами да Винчи» и «Тюдорами»).

«Твин Пикс-3» был встречен с восторгом, прежде всего, базовой аудиторией, — теми, кто смотрел первые два сезона сериала и знаком с творчеством Девида Линча. Запущенную в Сеть позже седьмую «Игру престолов» симпатики сериала встретили скептически, мол, что еще нам покажут, если всех ярких злодеев поубивали, и «старикам» Серсее и Джону Сноу пришлось отдуваться за всех.

Спустя 12 серий «ТП» и 4 серии «Игры престолов» восприятие стало иным: теперь «Игру…» ждут, а «Твин Пикс» смотрят по инерции.

По всем сериальным законам, наступает переломный момент, поскольку внешне все слишком очевидно: драка за жизнь стимулирует творчество куда сильнее, чем творение в максимально комфортабельных условиях.

Драйвер зол

Как ни странно, оба проекта в 2017 году на старте страдали одной проблемой, — дефицитом злодеев. В «Твин Пиксе-3» пришлось расщеплять агента Купера, но этого оказалось недостаточно, поэтому срочно был анонсирован, затем выведен, внук Бена Хорна. В «Игре престолов-7» пошли иным путем: вместо клонирования явных отродьев и «приблатненных» чуть-чуть сместили акценты в характерах основных героев. В результате, все, за редким исключением, оказались чуть-чуть да негодяями, с душком. Этот прием заимствован из двух первых сезонов «Твин Пикса»: там также было сложно отыскать даже условно позитивного героя или героиню.

Такой ход предопределил и существенное сокращение кровавых и жестоких сцен, которые в предыдуших сезонах, мягко говоря, не украшали «Игру престолов». Зато в «Твин Пиксе-3» смакование насилия стало ведущим, по крайней мере, для первых 12 серий.

Вволю натешившись жестокостью («ТП») и внутренними расщеплениями «ИП»), оба сериала подошли к смысловому перелому: в чем, собственно, их, сериального действа, суть? Не вечно же «плохим» и «хорошим» истреблять друг дружку. Но, с другой стороны, чем же заниматься?

Символизм простоты

В «Игре престолов» вроде бы все просто и на поверхности: обилие желающих воссесть на Железный трон и коварная зима, сокращающая объем съестных припасов. Но проект, видимо, будет продолжен еще на один сезон, поскольку неубиваемый Джон Сноу поднял планку смысла выше династических распрей, толкуя о короле мертвых и о битве «всенародного братства» против Короля Ужаса (Короля Мертвых). Фактически Джон Сноу твердит о битве с самой Зимой, с порядком вещей, который задан Свыше. То есть, Сноу зовет на битву с богами. Но он сам еще не понимает истинного смысла своих порывов. Пунктирно к его неосознанной тяге опровергнуть все (революция?) локально ниспровергает стереотипы Серсея, воцарившись на мужском троне, открыто показав своего брата любовником и, в финале предыдущего сезона взорвав секту и всех врагов. На таком фоне меркнет нарушительница правил Дейнерис Таргариен, всего-то и освободившая рабов. Итак, в семи королевствах созревает нечто, ниспровергающее основы. Будет ли то братание с драконами или уничтожение всех и вся, в любом случае, шекспировские страсти и параллели с текущим нашим бытием (чего стоит Железный банк!) интересны.

Чего не скажешь о «Твин Пиксе-3». Чем дальше в сериал, тем больше недоумения – зачем было снимать продолжение? То есть, создатели картины, наверное, что-то хотели этим сказать. Действительно хотели? Что именно? Да и есть ли им что сказать?

Линч намекнул на взрыв атомной бомбы и упрямо держится за эту ниточку, что малопонятно как широкой аудитории, так и верным твинпиксовцам. Впрочем, если допустить, что в результате взрыва атомных бомб на Земле вырос радиационный фон и появилось некое новое зло, намеки становятся банальными. В сочетании с многозначительным рассказом о проекте «Голубая роза» — и вовсе самопародией.

Страх красоты

Возможно, Линч прав и, как может, показывает бездны коллективного бессознательного, где явно почетное место занимают и ужасы атомной войны, и гангстеры, и расчленные трупы, и разнообразные проекты по поиску внеземных цивилизаций. В отличие от 90-х прошлого века, в 17 году нового века, ровно сто лет после революции в царской России, коллективное бессознательное представляет собой не «адский коктейль детектива, мистики и черного юмора», а бездну страха. Страха детей перед взрослением. Страха взрослых перед собственными детьми. И страха тех и других перед непредсказуемостью жизни как таковой, хотя самим фактом съемок третьего сезона Линч доказал как раз предсказуемость жизни: он в конце второго сезона намекал на продолжение четверть века спустя, и намек «выстрелил». Получается, все, что человек думает или делает, или не делает и даже не думает, или не человек, а общность, — все имеет свои последствия. Обязательно имеет, независимо от желания самого человека или общности людей. Таким образом, страх перед непредсказуемостью жизни – на самом деле, страх перед предсказуемостью жизни, который состоит и их чувства вины, и из страха за все (!) свои поступки, мысли, действия и бездействие. Или страх и чувство вины, и ожидание наказания за отсутствие таковых. В любом случае, как ни крути, каждый в чем-то да и виноват.

Но в «Твин Пиксе» эти намеки отрывочны, маловнятны и плохо согласуются с действием, которого, зачастую, и вовсе нет. Более того, в отличие от предыдущих сезонов, в 2017 году «Твин Пикс» лишен красоты. Если там даже убиенная Лора Палмер была красива как спящая принцесса, то здесь, в 2017 году, трупы закономерно уродливы и вонючи.

Красота страха

В Семи королевствах, напротив, поиски красоты завершились войной. Война – не обычная масорубка лордов, а великое противостояние умов, сил, хитрости и ловкости. Такая война по-своему красива и философична. Любое ничтожное действие способно оказать влияние на ход великой битвы. Здесь не до наслаждения жестокостью, не до упоения кровью и расчлененкой. Все, кому предназначено, убиты или покалечены. Все, кто выжил, постепенно становятся на свои места, как фигуры на шахматной доске. Малозаметно, но все потихоньку возвращается на круги своя: разномастные Старки – в Винтерфелл, Дейнерис – на мыс Драконов, где была рождена, Серсея – на трон и ее брат – на поле битвы. Не случайно Железный банк так настойчиво требует выплатить проценты. Не случайно и полукровок Джон Сноу пребывает не со своими родственниками, а с Дейнерис, в который раз предав свой род. Не случайно вкрадчивый лорд Бейлиш мостит себе «соломку» около очередной, как ему кажется, королевы, повторяя путь, пройденный несколько лет (сезонов) назад.

Фигуры будут расставлены приблизительно в позициях 1-2 сезонов. И тогда посмотрим, кто – кого. Здесь следует интересный эффект: когда мы смотрели первые сезоны «ИП», невольно, как и герои, думали, мол, если бы не было этого да той, да были живы тот или та, да поступить так, а не иначе….Возможно, в следующем сезоне выжившие получат шанс переиграть судьбу. Получится ли? Только ли смелость, ловкость и удача даруют победу, или все же это игра богов? Независимо от исхода седьмого сезона, вдумчивые зрители могут вволю поразмышлять об усвоении уроков истории, которая развивается по спирали до тех пор, пока «ученики» не усвоят материал.

Если, конечно, разберутся со своим подсознанием J

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *