Верховная Рада дала Порошенко грозное оружие

Верховная Рада в четверг, 18 января 2018 года, приняла закон о реинтеграции Донбасса. Внушительная цифра на табло – 280 «за» — удачно скрыла тот факт, что в вооруженном конфликте Украины и России наметился кардинальный перелом.

Не АТО и не ОРДЛО

Два с половиной пленарных дня и четыре пленарных заседания ушли у депутатов на то, чтобы принять, без преувеличения, законопроект года. Документ с таким длинным названием, что его принято называть сокращенно «о реинтеграции Донбасса», по сути, закладывает хоть какие-то правила в конфликте на востоке Украины. И хотя некоторые сторонники и противники подчеркивают рамочный характер документа, на самом деле все намного серьезнее.

Во-первых, вместо антитеррористической операции в зоне конфликта будут осуществляться меры для гарантирования суверенитета Украины. Эта деталь меняет многое. Если нет АТО, значит, нет и террористов. Следовательно, не требуется биться головой об стену, доказывая наличие российских террористов, когда официальный Киев утверждает об армейских подразделениях. Связь террористов с РФ доказать практически невозможно (за три года не удалось), военных формирований – реально. Взамен в законе констатируется оккупация Россией отдельных территорий. И опровергается вариант обретения РФ права на территории по факту их захвата или длительности пребывания

Читайте также Порошенко признал Донбасс не украинским

Во-вторых, серией мероприятий осуществляется, по сути, контроль за данными территориями. Арсенал этих мероприятий сильно напоминает смягченные меры при военном положении. Поскольку РФ в ст. 7 прямо названа оккупантом, а ее действия на территории Украины- оккупацией, значит, все-таик речь идет о войне и перечень мер оправдан.

По сути, президент Украины Петр Порошенко получил что хотел: Украина объявила полномасштабную войну России, не объявляя таковой. Началом оккупвации определено 20 февраля 2014 года. «Начало и завершение мероприятий по обеспечению нацбезопасности и обороны, отпор и сдерживание вооруженной агрессии РФ в Донецкой и Луганской областях определяются отдельными решениями Президента Украины», — гласит одна из позиций ст. 9 закона.

Силу – в кулак

Блок позиций об усилении полномочий президента – самый спорный. Усиление действительно есть. Можно не копаться в деталях, а можно и представить, к чему приведет на практике определение президентом Украины границ и перечня населенных пунктов на временно оккупированных территориях нашей страны (по представлению Минобороны на основе предложений Генштаба ВСУ). И такие упреки справедливы. Действительно, на временно оккупированных территориях Украины руководство силами ВСУ, других войсковых формирований, МВД, Нацполиции осуществляет Командующий объединенными силами. Который назначается президентом Украины по той же схеме, что и уточняются границы населенных пунктов.

Читайте также Президент не собирается «замораживать» конфликт на Донбассе

Однако в блоке полномочий и роли главы нашего государства больше речь идет о перераспределении сил и ответственности, чем о концентрации полномочий. Командующий объединенными силами и Объединенный оперативный штаб ВСУ перетягивают на себя все важнейшие силовые и гражданские функции. И, что критически важно, — руководство войсковыми формированиями. Если речь идет о войне, такая перетряска сил оправданна.

Выживание соратников

Если же иметь в виду политпроцесс и грядущие выборы (которых в ОРДЛО не будет, исходя из закона), то Петр Порошенко ловко поставил подножку своим соратникам. Мы помним, как несколько раз за истекшие военные годы Арсен Аваков сулил на коллегиях и круглых столах освобождение Донбасса и даже заговаривал о специальных бригадах Нацполиции. Вольготно в последнее время пытались себя вести и некоторые военные.

Не последний для Порошенко вопрос – добровольческие батальоны и прочие военизированные формирования – четко поставлены под его руководство. Косвенно и существенно ослабляется влияние Арсена Авакова, а сам президент получает эксклюзивные права на мирное урегулирование ситуации на Донбассе.

Читайте также Киев может обыграть Кремль

Ликование «Нарфронта» (Арсений Яценюк даже осчастливил своим появлением парламент) объясняется только одним, — там уверены, что закон будет работать очень и очень избирательно. Зато открытое определение России как страны-оккупанта развязывает языки и «партия войны» получает картбланш на антироссийскую риторику. С осени прошлого года «Нарфронт» разрабатывает антироссийскую тематику, надеясь добиться на ней хороших результатов на выборах. На Банковой, видимо, со спокойной душой сдают эту тематику: Россия официально, с подачи президента, названа агрессором, и никто такого эксклюзива не отнимет.

Чтобы никто не сомневался, Петр Порошенко публично поблагодарил парламентариев за поддержку его стратегии освобождения Донбасса.

Маневры вокруг да около

Спорного упоминания о Минских соглашениях в тексте принятого закона нет. Но здесь следует оговориться: как и в случае с принятием медреформы, перед голосованием председатель профильного комитета скороговоркой зачитал поправки, окончательный текст документа станет известен только после подписания его председателем ВР Украины Андреем Парубием. Сам по себе такой подход создает широкое поле для маневра: разрыв между датой голосования и датой фактического опубликования окончательного варианта сбивает внимание, и те вещи, которые вызвали бы возмущение 18 января, вероятно, будут иначе восприняты недельки через две.

Читайте также Россия в ближайшие дни удивит позицией по Украине

Самой большой неожиданностью стал маневр фракций «Батькивщина» и «Самопомощь». Сделав заявку на перерыв для ознакомления с окончательным текстом законопроекта и получив отказ, фракции все же дали за него голоса. Мотив понятен: не поддержав законопроект, фракции рисковали быть зачисленными к коллаборантам, наряду с «Оппо-блоком». Что, в свою очередь, негативно повлияло бы на их рейтинги в западных и центральных регионах страны. Да и соседство с «Оппо-блоком», отказавшимся поддержать документ, перед выборами рискованно.

Эхо войны

Реакция на закон предсказуема. Шустро отозвался нелегитимный глава нелегитимной «ДНР» Александр Захарченко, завив, что документ нарушает Минские соглашения.

МИД РФ, как и следовало ожидать, моментально выстрелил комментарием: «Киев хоронит достигнутые в Минске договоренности и весь имеющийся механизм поиска взаимоприемлемых решений по преодолению внутриукраинского кризиса, включая и «нормандский формат».

Также в российском внешнеполитическом ведомстве связывают принятие закона с решениеи США дать летальное оружие Украине, предрекая «непредсказуемые последствия».

Читайте также Путин придумал, что делать с Украиной

Президент Украины, напротив, видит последствия несколько иначе: «Мы будем продолжать прокладывать путь для реинтеграции оккупированных украинских земель политико-дипломатическим путем. Это — ключевой сигнал соответствующего закона, который сегодня приняла ВР по моей инициативе».

То, что в любом виде закон положит конец гуляйполю на Донбассе, — несомненно. То, что пресекаются любые попытки военных бунтовать, также не вызывает сомнений.

Как и очень оптимистичная фраза в законе. В ст. 2 есть позиция о том, что особый режим осуществления государственного суверенитета касается временно оккупированных территорий Донецкой и Луганской областей и АРК Крым. Следовательно, косвенно мы можем сделать вывод, что официальный Киев (Банковая, по крайней мере) не ожидает ползучей агрессии России в среднесрочной перспективе.

Надо только понимать, что мир – не менее, а иногда и более грозное оружие, чем война.

Лилия Брудницкая, эксперт ЦСП «ВыбоР»

Фото Пресс-служба Верховной Рады Украины

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *