Подсознание власть имущих: яйца, грудь и мат

Истекающая неделя запомнится двумя психофизиологическими скандалами: «сиськопад» и в адрес МОЗа мат. Что это было?

Е…аные, пошли на….уй

Выпад губернатора Закарпатья Геннадия Москаля против и. о. министра здравоохранения Ульяны Супрун не слишком впечатлил социум. Не шокировало и то, что Москаль поставил диагноз руководителю МОЗ. Матерщина между политиками в последние годы стала рядовым явлением.

Мы помним, как 8 сентября 2016 года на Часе вопросов к правительству в ВР Владимир Гройсман пообещал выгнать «на….» своего первого вице-премьера Геннадия Зубко. Ирония судьбы: теперь Гройсман требует от Москаля извинений за мат в адрес Супрун, хотя свою матерщину оправдывал «напряженной работой».

Читайте также Тимошенко и Яценюк: что опять не поделили

Не брезгуют резкими словами и другие политики, и не только наши. Мы с вами прибегаем к нецензурщине на пике эмоций, в некоторых кругах артикли «б..я» считаются признаком «своего человека».

С политиками интереснее. В большинстве случаев, их агро — мат только по форме. Резкими словами политики пытаются выделиться из серой массы и\или напомнить о себе. Поэтому чаще на мат переходят госслужащие высокого ранга. Очень показателен пример «Гройсман-Зубко». Чувствуя неуверенность, новый премьер так пытался утвердить свой авторитет.

Право на мат часть                                                                 

Но у мата власть имущих есть и еще одна функция — прорыв табели о рангах. Употребивший публично крепкие слова или пробивается уровнем выше, или рвет с системой, формируя таким способом себе площадку для политического старта.

На подсознательном уровне мат есть грубость. Позволить себе нагрубить может тот, кто выше, по отношению к нижестоящим. И если адресат терпит и не отвечает тем же, он ниже матерящегося. Любые извинения воспринимаются не как отзыв матерящимся своих претензий, а как атрибут самоутверждения и срабатывают на укрепление позиций того, кто матерился.

Читайте также Тимошенко оставили без Дома

Независимо от того, извинится ли Геннадий Москаль, он выиграл первый раунд схватки с Ульяной Супрун. Даже если его отправят в отставку, крепкие слова помнят дольше, чем извинения или кадровую ротацию. Более показательный пример: словесная перепалка «Аваков-Саакашвили». В декабре 2015 года на заседании правительства. Аваков швырнул стакан с водой в Саакашвили, сопроводив это действие нелицеприятными выражениями. После этой стычки карьера губернатора Одещины пошла по наклонной. И не в последнюю очередь потому, что он публично просил защиты.  На подсознательном уровне, Саакашвили признал право Авакова швыряться стаканами.

Фемен не пройдет

Страхи президентов Украины — отдельная тема. Их — страхи — тщательно скрывают, так как, зная их, можно управлять президентами и даже свергать их.

Леонид Кучма, по слухам (достоверно о нем известно мало), боялся журналистов. Не особо любил их внимание к своей персоне, стеснялся и зажимался, болезнено реагировал на критику о себе. Поэтому, когда разразился страшный, трагический скандал с убийством журналиста Георгия Гонгадзе, многие поверили в причастность Кучмы, пусть и косвенную.

Закат политической карьеры Януковича начался после знаменитого броска яйцом. Оппозиция удачно сыграла на ужасе, который испытывал гарант от перспективы быть застреленным. Выудить этот страх было нетрудно, внимательно ознакомившись с официальной биографией Януковича.

Читайте также Как ЛИНЧевать Украину

У президента Петра Порошенко страхи диаметрально противоположные. Судя по досмотру мягких частей тела журналистов на входе в Оболонский суд,, действующий гарант панически боится грудей.

Основания есть. Когда чета Порошенко чинно шествовала на Венский бал, под ноги президенту Украины бросилась активистка Фемен.

Дискриминация по половому признаку

Вероятность повтора венского «сиськошоу» в Оболонском суде была высокой. Охрана устроила журналисткам личный досмотр. Мы не знаем, выражал ли Петр Порошенко пожелание оградить его (или его изображение) от оголенных грудей или то инициатива ретивых подчиненных. Сейчас, что бы Порошенко ни говорил, скандал накрепко связан с ним.

Читайте также Порошенко уже труп

На Банковой наверняка схватились за головы. Накануне в соцсети Фейсбук пресс-секретарь президента принес извинения за доставленные неудобства. Но в пятницу, 23 февраля, обмудсмен Валерия Лутковская обратилась в Нацполицию с заявлением о дискриминации: досматривали аж донага только женщин—журналисток.

С учетом актуальности гендерного равенства в мире (в Давосе — одна из ключевых тем), скандал ударит по внешнеполитическому имиджу Порошенко-президента.

Арима и Анимус

Интрига закручивается куда сложнее, задействуется подсознание. И вот почему. Порошенко надолго прослывет врагом женщин. Страх перед женской грудью, которая ассоциируется с матерью и одновременно является символом женской сексуальности, выводит действующего гаранта в конфликт с женщиной.

Читайте также Тимошенко опередила Порошенко у президента США

Женщины не любят, когда их не любят. А страх — антагонист любви и родитель ненависти. То есть, у части украинского электората, наиболее активной и преданной, кандидатура Порошенко вызовет, как минимум, сомнения.

Особенно если в конкуренты ему выйдет Юлия Тимошенко как защитница обиженных дам. От войн и камуфляжа, противостояний и матерщины все устали, и вряд ли рукоприкладствующий политик вдохновит электорат. А женщина — вдохновит. «Мирным планам» от мужчин уже не поверят, а от женщины — поверят.

Только такой онфликт способен переломить стереотипы о «бабах во власти» и о «кухарках у руля государства», которые во многом помешали Тимошенко добиться победы в спарринге с Януковичем.  И — на уровне коллективного подсознательного — расчистить женщине дорогу к президентскому креслу.

Лилия Брудницкая, ЗамПолит

 

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *